Леонид Грач
Коммунисты России ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ

Осталась только надежда на эволюцию снизу

Поделится:
11:43 06 Сентября 2018 г. 322

Ситуация с пенсионной реформой в очередной раз продемонстрировала обществу, уставшему от политики за тяжелейший 20 век, что отдохнуть от политики нельзя.
 

Обращение Президента Путина к народу, связанное с повышением пенсионного  возраста,  спустя  какое-то время будет, возможно, воспринято точкой некоего исторического выбора.
Многие понимали, что политическая ситуация в нашей стране резко поменялась, уже в прошлом году, после того, как было принято решение поехать на олимпиаду в Корее, полностью подчинившись всем требованиям МОК – то есть, без флага и гимна. Для других точкой отсчета стало внесение правительством РФ закона о повышении пенсионного возраста 14 июня 2018 года.
Тем не менее, до прямого Обращения Президента существовали какие-то надежды, какие-то иллюзии. И только обращение расставило все точки над «и».
В конце 90-х судьба того государства, которое было создано в 1991-м году после разрушения Советского Союза, находилась под большим вопросом. В кресле главнокомандующего сидел крайне непопулярный человек, рейтинги которого находились в районе статистической погрешности. Вся реальная власть находилась в руках неолибералов и олигархов. Причем, было непонятно, где заканчивались одни и начинались другие.
 События на Северном Кавказе грозили распадом уже самой Российской Федерации. В этот момент наверху было принято решение изменить политический курс. Что и произошло после появления на сцене Владимира Владимировича Путина.
Новый Президент не убрал от власти в области экономики неолибералов, но он существенно ограничил их политическую власть. Иными словами, Путин выбрал себе позицию «над схваткой».
Все те годы, которые он находился у власти, до самого последнего момента он пытался сбалансировать не только интересы элитных групп, но и сглаживал чудовищный разрыв между интересами консервативного большинства и неолиберального правящего меньшинства.
Такая политика закономерным образом привела его сначала к Мюнхенской речи 2007 года, а потом и к возвращению Крыма в 2014-м. При этом экономический курс оставался прежним.
Россия по-прежнему следовала по пути «вашингтонского консенсуса», поэтому противоречия между политикой и экономикой накапливались и все более усугублялись. Пока политически Россия в попытках обрести свой суверенитет все более напоминала осажденную крепость, экономически она все более встраивалась в глобальный рынок.
Что уж говорить, если за эти годы мы стали членами ВТО, а рубль был отпущен в свободное плавание.
Само собой, находить общие точки между неолибералами и консервативным обществом становилось все сложнее. В то время, как общество, допустим, горячо приветствовало возвращение Крыма, финансисты из правительства даже и не думали скрывать своего раздражения и разочарования. От самого Крыма, разумеется, им было не холодно и не жарко, но полуостров стал камнем преткновения в отношениях между Россией и Западом.
Формально они подчинялись Президенту, но фактически – международным структурам.
Перед выборами 2018-го года общество надеялось на изменения экономического курса. И вроде бы Послание Президента Федеральному собранию подводило под эти надежды определенную почву. Увы, если надежды и сбылись, то не общества, а неолибералов в правительстве. Путин окончательно принял их сторону.
Поэтому само по себе повышение пенсионного возраста, хотя и крайне болезненное, но могло было быть принято обществом, если бы люди убедились в том, что вся экономическая машина начинает работать в ключе того политического суверенитета, с каким мы имели дело все последние годы.
Этого, однако, не произошло.
Если сделать  шаг  назад  и  посмот-
реть на картину в целом, то станет понятно: неолиберальная верхушка использовала консервативный поворот нулевых и десятых годов таким же образом, каким в свое время советская верхушка использовала НЭП. То есть, это было вынужденное отклонение ради укрепления всех государственных механизмов.
И ровно так, как был отброшен НЭП в свое время, так и сегодня будут отброшены все консервативные ценности. Риторика, возможно, какое-то время еще останется, но больше она не будет подкреплена никакими реальными делами.
Проблема же заключается в том, что в советское время нэпманы были остатками недобитых классов. 
Но сегодня проигравшим является практически все общество в целом. По разным оценкам от 80% до 90%. Строить образцовое неолиберальное государство, какого даже в Чили при Пиночете не существовало, представляется при таком раскладе делом весьма затруднительным.

Почему же пенсионная реформа стала не только экономическим, но прежде всего политическим событием?

Во-первых, потому что для общества именно сохранение пенсионного возраста являлось и является той красной линией, за которую власть заходить была не должна. Первый опрос ВЦИОМ на эту тему был проведен в феврале 1998 года, и он дал абсолютно те же результаты, что и все последующие опросы, вплоть до года нынешнего. 90% – против.
Это, кстати, показывает и эффективность работы экономического блока. Ведь если бы сегодня средняя зарплата по стране составляла не 30-40 тысяч, а 150-200 при нынешнем уровне цен, то общество, возможно, не отреагировало на эту реформу никак.
Во-вторых, общество столкнулось с неприкрытым неуважением со стороны власти. Если бы наш Президент пошел на выборы с этой самой пенсионной повесткой, он бы, разумеется, потерял голоса, но, скорее всего, одержал бы победу в любом случае. То есть получил бы мандат на проведение реформы от народа. А сегодня власть прямым текстом заявляет, что больше ни в каких народных мандатах необходимости не испытывает.
Таким образом, вопрос приобретает куда более широкий размах. С самых высоких трибун нам заявляют, что референдум по вопросу повышения пенсионного возраста недопустим. Это говорят не только те люди, которые прямо поддержали закон, но и люди, которые его формально не поддерживают, вроде лидера профсоюзов г-на Шмакова.
Иными словами, обществу заявляют, что само оно больше определять свою судьбу не в состоянии. Оно как бы недееспособно. А это уже ставит вопрос о самой системе представительной демократии, которая закреплена у нас в Конституции.
Ведь если общество не в состоянии решить голосованием даже один вопрос, то как оно может правильно выбирать себе лидеров? 
Сама идея представительной демократии в том и заключается, что народ как источник власти сам принимает решения о своей судьбе, сам же несет за них полную ответственность. Об этом говорят нам люди, которые пишут: «Вы сами выбирали себе «Единую Россию», сами теперь и расхлебывайте».
Ситуация с пенсионной реформой в очередной раз продемонстрировала обществу, уставшему от политики за тяжелейший для нашей страны 20 век, что отдохнуть от политики нельзя.
Сегодня консервативная часть общества убедилась, что не имеет никаких политических, экономических, медийных, профсоюзных структур, для того, чтобы отстаивать свои интересы. Причем, такие структуры есть даже у несистемных либералов. Такие структуры есть, само собой, у крупного бизнеса и крупных чиновников. Отчасти они есть и у коммунистов.
Но у тех, кого принято называть консервативным большинством, никакой политической опоры де-факто не осталось.
При этом, «консерватизм» не является точным понятием. Потому что люди часто понимают под ним желание что-то законсервировать, сохранить в неизменном виде. Тогда как это всего лишь другой взгляд на историю, на прогресс, на вектор развития страны.
Большинство по-прежнему не желает потрясений и революций, майданов и оранжевых деятелей на трибунах. Но при этом большинство убедилось, что не имеет никаких рычагов воздействия на власть. Если завтра, допустим, власть предпримет какой-нибудь неожиданный внешнеполитический разворот, опять начнет сдавать национальные интересы страны, как это было в 90-х, то с этим люди ничего поделать не смогут.
Так что есть только два выхода из сложившейся ситуации. Или начинать создавать свои собственные структуры, возвращаться во внутреннюю политику, переставать считать ее грязным делом, или же привыкать к тому, что в скором времени мы будем жить в антисоциальном государстве, в котором у рядового человека не будет абсолютно никаких прав.
Платная медицина, платное образование, отсутствие пенсий, нищенские зарплаты, удушающие налоги – это все ждет нас в самом недалеком будущем.
Надежды на эволюцию сверху провалились. Остались только надежды на эволюцию снизу.


Ольга Туханина,
публицист.

Архив