Леонид Грач
Коммунисты России ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ

«Жизнь научила меня держать удар!»

Поделится:
10:54 16 Января 2017 г. 1125

 

7PW0mXr4aCU.jpgВ жизни каждого человека существует два главных дня: день, когда ты родился, и день, когда ты понял зачем. Но есть редкая категория людей, для которых изначально понятен смысл жизни - они с ним рождаются и живут.

Херсонская девчонка Таня Ежова (Лактионова) всегда знала, что будет самым лучшим учителем, как мама. И такой же смелой и доброй, как отец. В 14 лет, выпорхнув из родного гнезда, она отправилась покорять горизонты, руководствуясь главным правилом, унаследованным от родных: делать всё на отлично. И доказала, что может: вскоре на груди будущего педагога уже засияла высокая правительственная награда – медаль «За трудовое отличие». А шел девчонке в ту пору всего-то семнадцатый год… Она еще не знала, что право носить эту медаль будет доказывать всей своей жизнью, связав свою судьбу с Крымом и Коммунистической партией.

На крутых поворотах истории, когда Крым сотрясали политические шторма и большинство местных политиков, «переобуваясь на лету», дружными рядами становились под новые партийные штандарты, Татьяна Ежова оставалась в рядах коммунистов, пусть даже изрядно поредевших. Она прошла вместе с Компартией Крыма все самые трудные этапы ее постсоветской судьбы, не нарушив данную когда-то клятву, не предав обманутый политическими авантюристами народ и не бросив к ногам новых «хозяев» жизни ленинское красное знамя.

Бойцовский характер, неуемная энергия, профессиональный опыт и деловые качества открывали для нее перспективу блестящей политической карьеры, но Татьяна Ежова никогда не была конъюнктурщицей и карьеристкой, оставаясь по-старомодному правильной и честной и на партийной работе, и на должности заместителя мэра Феодосии, и в депутатском кресле Верховного Совета АРК, и в министерском кабинете. Может быть поэтому она - единственная коммунистка в крымском Кабмине времен премьерства регионала Василия Джарты  по-матерински прониклась делами семьи и молодежи, наладив работу загибающегося ведомства. Не положив при этом ни крошки от бюджетного «пирога» в личный карман, не прирезав себе землицы где-нибудь на ЮБК и не прихватизировав какой-нибудь заброшенный санаторий…

Татьяна Ежова, как и сотни простых крымчан, живёт в обычной симферопольской малогабаритной «двушке», у нее нет банковских счетов, коттеджа на морском берегу и даже собственного дачного участка. Но при этом она считает себя счастливым и богатым человеком. Как ей удалось, пройдя испытания и медными трубами, и политическими репрессиями, сохранить жизнелюбие, оптимизм и веру в людей? А главное – сохранить себя и свое честное имя? Что заставляет одну из известных и уважаемых крымчанами женщину-политика по-прежнему оставаться в строю главной оппозиционной политической силы в Крыму, продолжая верить в попранные многими бывшими однопартийцами идеалы? Об этом мы решили поговорить с Татьяной Семеновной в канун ее Юбилея.

 

«Я никогда не была баловнем судьбы…»

– Татьяна, все, кто знают Вас много лет,  завидуют Вашему оптимизму и умению в любых обстоятельствах «держать спину». Откуда это у Вас?

– От родителей. Они у меня большими жизнелюбами были. Маме, Валентине Ефимовне Лактионовой, по должности было положено, как Вы говорите, «спину держать» и людей «зажигать» жизнелюбием и задором, - она быладиректором сельской школы на моей родной Херсонщине. Причем, с нуля ее создавала - сама проектировала, стройкой руководила, а потом выстраивала учебный процесс. Все, за что ни бралась, мама делала с душой и с полной отдачей сил. За это ее любили и дети, и учителя, и односельчане. Ну как, скажите, кто-то другой мог для меня примером стать? Конечно же, я с детства старалась во всем походить на маму, и поступать так, чтобы она мною гордилась. И стилю одежды тоже мама меня научила. Она всегда говорила: «У тебя может не быть дорогих вещей, но ты должна всегда стараться выглядеть элегантно и каждый день по-другому. Иначе люди подумают, что дома не ночевала».

Вспоминая об отце, Семене Евсеевиче, я вижу его крепкие мозолистые руки, шофёрскую куртку, пропахшую бензином и соляркой, и себя, маленькую, у него на коленях в кабине машины. Это было так здорово, крутить баранку, ощущая себя совсем взрослой, и мечтать, что когда вырасту, буду водить машину так же лихо, как отец. Эта мечта сбылась – я не асс, но уверенно себя чувствую за рулем.

А еще я помню из детства запах рыбы. Отец, как и мама, был очень уважаемым в селе человеком, очень щедрым. И каждый раз, когда ему выпадала командировка в Керчь, он обязательно привозил керченскую хамсу, чтобы угостить односельчан. В такие дни большую бочку с рыбой выставляли посреди нашего двора и все васильевцы (село, где мы жили, называлось Нововасильевка) с банками и кастрюльками приходили к нам и набирали этот черноморский деликатес. Отец, наблюдая такую картину, был счастлив. В молодости он служил на Черноморском флоте, и никогда не изменял своей традиции: каждый год в День Военно Морского Флота на меже между нашим и соседским дворами выставлялся большой, заполненный всякой снедью стол, собирались односельчане, и праздник отмечался весело и достойно.

А мы с подружкой устраивали праздничный концерт, стараясь «блеснуть талантами». Мне нравилось петь, танцевать, читать стихи. И хотя артисткой я не стала, умение держаться перед публикой пригодилось в дальнейшей партийной и общественной работе.

– А решение, что дочь будет учиться «на учительницу» принимала мама?

– Нет. Это было моей детской мечтой. Я ведь с ранних лет наблюдала, как мама тетрадки проверяет, как конспекты пишет, как детки за ней цыплятами бегают с кучей вопросов, и как уважительно их родители относятся к маме - Заслуженному учителю Украинской ССР!

Конечно, мне и брату – нас у родителей двое – всегда хотелось, чтобы они чаще бывали с нами. Но мы понимали, что у них очень важная работа. Поэтому домом управляла бабушка, Ирина Тихоновна, а мы помогали ей держать в образцовом порядке двор и огород, - так учили  нас мама и отец. Их отношения всегда были для меня эталоном, примером для подражания. Поэтому, когда ушел из жизни отец, это стало для меня страшным ударом; мне едва исполнилось 13 лет. Вот тогда и закончилось мое детство…

Мама больше ни с кем так и не связала свою судьбу, отдавая себя работе и нам с братом, а потом внукам. Она ушла шесть лет назад...

– Трудно было в 14 лет становиться самостоятельной?

– Непросто, но у меня была ясная цель – стать такой же, как мама. В Бериславском педучилище я получила специальность учителя начальных классов. Никогда не забуду свой первый урок математики в третьем классе. Волновалась очень, но дети внимательно слушали, не подвели практикантку, а при «разборе полетов» методист сказала, что я провела урок как настоящий учитель. Это было для меня, начинающей училки, наивысшей похвалой.

Училище очень многому меня научило, а главное – заложило базу основ методики преподавания. Преподавателю младших классов нужна была и музыкальная подготовка, и сольфеджио, и хоровое пение. Вот где помогли мои детские «концерты», мое первое сопрано, и аккордеон. Несмотря на финансовые трудности, возникшие в нашей семье после смерти отца, мама все же выполнила его волю – купила мне аккордеон, и я освоила игру на этом инструменте.

В училище  была отличницей, с головой ушла в общественную работу: уже на втором курсе меня избрали секретарем комитета комсомола училища и комиссаром городского комсомольского оперативного отряда. Летом я тоже комиссарила: в студенческом сельхозотряде, а после третьего курса началась интереснейшая практика - пионерских вожатых.

 

 Комиссар Таня

–Комиссар комсомольского оперативного отряда – звучит грозно. Представляется кожанка, красная косынка и маузер…

– Ну, оружие нам, конечно, не выдавали, но приемы самообороны мы осваивали. Проходили строевую подготовку, штудировали Уголовный кодекс, присутствовали на допросах, участвовали в судебных заседаниях, выходили в рейды – все строго по форме. И это очень дисциплинировало. Занимались с «трудными подростками», неблагополучными семьями. И с местным криминалитетом, нашими сверстниками, тоже приходилось дело иметь. Они хоть и пытались нас пугать, бросая шашки-дымовухи под ноги, но предпочитали, все же, на глаза не попадаться.

– Рисковый Вы человек. Я вижу, судьба Вам красную дорожку под ноги не стелила…

– Я никогда не была баловнем судьбы. Всего добивалась упорным трудом, настойчивостью и самоорганизацией. И хочу сказать, что Советская власть ценила и поддерживала таких ребят. В декабре 1973 года меня, семнадцатилетнюю, пригласили в горком партии на большое торжественное заседание и вручили правительственную награду – медаль «За трудовое отличие». Это самая значимая и высокая награда для меня.

Получив диплом с отличием, я рискнула поступать в Симферопольский государственный университет имени М.В.Фрунзе. Конечно же, решила идти по стопам мамы – на филологический. Дома сразу всех предупредила: не сдаю первый экзамен на «отлично» - еду работать по распределению. Но фортуна улыбнулась, и я поступила. На вступительных даже стихи свои экзаменаторам читала – старалась максимально свои таланты проявить. Здесь же  я познакомилась с удивительным человеком – деканом филфака В.М.Ронгинским. Он с нами, как с детьми родными возился, всех знал по именам, всегда душой чувствовал проблему каждого студента. Тогда я, конечно, и представить не могла, что когда-то буду работать в газете «Искра Правды» с его супругой – Юлией Николаевной, - классным специалистом и добрейшей души человеком.

Поскольку учебу в университете я начинала не «с чистого листа», имея диплом училища и определенный педагогический опыт, на факультете меня заметили и выбрали старостой группы, а потом комсоргом факультета. За отличную учебу мне и студентке факультета иностранных языков Оле Кириченко (дочери Николая Карповича Кириченко, первого секретаря Крымского обкома партии советского периода, при котором Крым достиг своего наивысшего расцвета) были присуждены стипендии им. К.А.Тренева.

В университете я встретила свою любовь. Василий Ежов поступил к нам на факультет после службы на Балтике. Он, как и я, был в комсомольском активе, профессионально играл на гитаре, писал стихи и музыку, и очаровал меня. Сыграли шумную и веселую студенческую свадьбу и после получения диплома (вуз я окончила с отличием), получила распределение в Феодосию, где жили родители Василия. Там появился на свет Павлик – мой сын, моя надежда и гордость.

Паша закончил факультет международной экономики Харьковского национального университета. С первого курса подружился со своей будущей женой – Оленькой. У них счастливая семья, а я самая счастливая в мире бабушка - дети подарили мне троих замечательных внучат – удивительных мальчишек, в которых я души не чаю... В этом смысле я богатый человек. И главное мое богатство – моя семья, мои соратники и друзья.

5EnddmGIpgQ.jpgС отцом Паши мы остаемся друзьями, а я встретила свою судьбу – прекрасного и очень надежного человека – Владимира Титова, единомышленника, чернобыльца, который очень напоминает моего отца: внимателен, так же мастерски водит машину – он профессиональный водитель с многолетним стажем, и руки у него «золотые». Когда в Киеве произошел вооруженный государственный переворот и штурмовые отряды националистов планировали взорвать ситуацию в Крыму, начав со сноса памятника В.И.Ленину в Симферополе, Владимир с нашими активистами несколько недель провел в оцеплении на площади Ленина, готовясь, в случае необходимости, отразить атаку.

А если вы посмотрите кадры видео-хроники Крымской Весны, то увидите, как среди бурлящего человеческого моря у стен Верховного Совета АРК реет единственное красное полотнище – это Владимир Титов принес на площадь красный флаг - символ нашей Победы.

 

Команда Грача и судьба Крыма

– Татьяна, Вы коммунист с почти сорокалетним стажем. И без малого  тридцать лет работаете плечо к плечу с Леонидом Грачом – одним из знаковых политиков коммунистического движения. Трудно было найти общий язык с таким харизматичным лидером и ярким человеком? Что Вас удерживает рядом с ним все эти годы?

– Знаете, еще с юности я запомнила правило: «Хочешь узнать человека – дай ему власть!» И могу сказать, что Леонид Иванович – тот редкий политик и человек, который с честью прошел испытание властью. Человек, который никого не предал и ни через кого не перешагнул, а самое главное – не предалкоммунистическую идею. Когда решался вопрос о том, кто возглавит КПУ, именно Леонид Грач предложил Петра Симоненко. И хотя ему не раз предоставлялась возможность занять кресло республиканского лидера, он остался в Крыму. Потому что понимал – здесь он нужнее.

Еще в те времена, когда я работала секретарем Феодосийского горкома комсомола, фамилия Грача была на слуху. А когда в тридцать три года меня утвердили инструктором отдела пропаганды и агитации горкома партии, Леонид Иванович стал моим непосредственным областным начальником. Его партийное ноу-хау – семинары-практикумы воспринимались тогда «на ура» и были востребованы, потому что подтягивали и мобилизовали в работе партийный и хозяйственный актив. Уже тогда неуемная энергия и инициативы Леонида Ивановича постоянно держали нас в тонусе – успеть сделать работу лучше коллег-соседей и никогда не останавливаться на том, что получилось – идти дальше.

– Сейчас на федеральном и на общероссийском уровне замалчивается тот факт, что именно Леонид Грач, по сути, подготовил юридическую базу для объединения Крыма с Россией, так как не будь Крымской Автономии – не было бы и Крымской Весны.

– Это была титаническая работа и настоящая борьба, потому что центральная власть постоянно ставила нам палки в колеса, пытаясь блокировать эту инициативу. Чего стоила работа по подготовке и проведению первого в СССР референдума по статусу Крыма! Ведь именно Л.И.Грач, мобилизовав партийную команду в регионах, сумел убедить крымчан в необходимости такой формы правовой борьбы за территориальную целостность Крыма. И он оказался провидцем!

Помню как я, тогда еще молодая заведующая идеологическим отделом Феодосийского ГК КПУ, уверенно и смело шла на встречи в трудовые коллективы, разъясняя важность такого референдума, ибо сама была в этом убеждена. Было очень непросто, работали на износ, и порой количество вопросов превышало ответы. Но встречи заканчивались взаимопониманием - люди желали Крыму благополучия и процветания.

А как мы радовались результатам голосования! Сейчас многие политики примазываются к этому событию, ставя его себе в заслугу. Но я еще раз повторю: крымский референдум вытащили на себе крымские коммунисты во главе с Леонидом Грачом! Тогда и был заложен первый серьезный камень в нынешнюю российско-крымскую историю. А Конституция АРК дала крымчанам законное право выбора.

–Тем не менее, 1991 год, принесший Крыму автономию, стал трагическим для Компартии. Как пережили его коммунисты Крыма?

– Тот год не только для коммунистов, он для всех советских людей стал трагическим. Казалось, что в одночасье рухнуло все, что было создано и построено за годы Советской власти. А сколько судеб было погребено и исковеркано под этими руинами! Тяжелым катком прошлось разрушение Советского Союза по Компартии. Но именно с Крыма началось возрождение коммунистического движения, и потом  долгие годы, благодаря крымским коммунистам и нашему лидеру, Крым удерживал «красный пояс».

Я горжусь тем, что вместе с Леонидом Ивановичем занималась восстановлением партии, пройдя и через Союз коммунистов Крыма, и через Компартию Крыма. В Феодосийской городской организации мне поручили тогда выпуск газеты «Феодосийская искра» - одной из первых коммунистических газет на постсоветском пространстве. Пришлось осваивать журналистское дело, и мне очень пригодились знания, полученные в университете на факультативе журналистики.

– Работать приходилось в условиях подполья?

– Нет, в подполье мы не уходили. Позже мои знакомые признавались, что когда увидели нас, небольшую группу коммунистов возрождающейся городской организации на возложении цветов к памятнику В.И.Ленину 7 Ноября, очень удивились, что нас даже милиция не задерживает. А в это время в Симферополе Леонид Иванович с активом уже организовывал митинги на площади имени Ленина, а на самой высокой башне столицы был поднят первый после разрушения СССР и запрета Компартии красный флаг. И водрузил его все тот же Владимир Титов.Тогда я даже и предположить не могла, что моя судьба завяжется крепким узлом с этим смельчаком.

Уже в середине девяностых в результате выборов в целом ряде крымских регионов районы и города возглавили коммунисты. И в это сложнейшее время - безденежья, невыплаты зарплат и пустых магазинов, мне довелось работать заместителем городского головы Феодосии. Этот город тогда был в так называемом «красном поясе». Городской голова - коммунист Евгений Васильевич Костюк, имевший огромный опыт советской партийной и хозяйственной работы, взвалил тогда на свои плечи, казалось, непосильную ношу. В сложнейших ситуациях мы буквально «вырывали» у центра финансирование многих вопросов, особенно социалки. И за два с половиной года сумели сделать многое: ни одно предприятие тогда не остановилось; держали «на плаву» бюджетную сферу, закончили реконструкцию набережной, серьезно продвинулись с капитальным ремонтом картинной галереи им. И.К.Айвазовского…  А главное – в домах феодосийцев постоянно были тепло, вода и свет.

Я тогда курировала сложные сферы жизнедеятельности города, где все зависело напрямую от позиции руководителей, от настроения коллективов. Помню, бастуют медики. Подъедут к исполкому «скорые помощи», я выхожу к людям и разъясняю, аргументирую, показываю на конкретных примерах и фактах, какую ситуацию мы на самом деле имеем и как планируем ее разрешать. А потом смотрю, уже ко мне в кабинет заходит делегация, благодарят за откровенный разговор и, прощаясь, кто-то обязательно оставляет мне какой-нибудь препарат, чтобы сердце успокоить.

Позже, когда у меня случился первый серьезный гипертонический криз, мой лечащий врач шутила: «К тебе, Татьяна, в палату, как в музей идут, посмотреть. Не верят, что вышла из строя…» И я хочу низко поклониться всем добрым людям, с кем прошла тогда тернистый путь, всем, кто верил в нас и не позволил себе предательства.

 

«Власть объявила мне войну…»

–Скажите честно, Вам никогда не хотелось сойти с этого тернистого пути, завязать с политикой, поберечь здоровье и силы?

– В моей жизни был такой момент. Когда в мае 1998 года в Крыму сменилась власть, я решила притормозить, отдохнуть от политики и попробовать сменить сферу деятельности… С каким азартом я тогда начала работать в пансионате «Голубой залив», куда меня пригласили заместителем генерального директора! Сколько интересных идей появилось! Но в середине мая раздался звонок из Симферополя: «С Вами будет говорить Председатель Верховной Рады Крыма Леонид Иванович Грач». И я услышала в трубке, как всегда уверенный, чуть насмешливый голос: «А не засиделась ли ты, Танюша, в своей Феодосии? Пора серьезным делом заняться».

Так я начала работать в составе коалиционного правительства Крыма. Это был первый после разрушения СССР эксперимент - работа коммунистов в органах буржуазной власти. И нам приходилось конкретными делами доказывать, на что мы способны.

Четыре года я возглавляла республиканский комитет по делам семьи и молодежи АРК. Много хороших дел нам за это время удалось сделать. В конце1998 года мы запустили программу молодежного жилищного кредитования. И 29 декабря крымская молодежь уже получила первые пять кредитов под строительство квартир. Вместе с Минобразования возродили военно-патриотическую игру «Зарница», организовывали молодежные форумы и смотры работы общественных организаций. Всерьез занялись проблемами беспризорности и безнадзорности в Крыму…

– И как буржуазная власть реагировала на инициативы коммунистки Ежовой? Ведь людям, занятым распилом бюджета, как правило, не до молодежных кредитов и не до «Зарниц».

– Если бы Вы знали, сколько препон нам ставили эти ребята от власти! Тогда я впервые поняла, что значит «перекрыть бюджетную жилу» - ведь до этого через рескомитет по делам семьи и молодежи откровенно отмывались бюджетные деньги. И особенно активно этот процесс шел в летний период, когда дерибанились бюджетные путевки, в частности в престижный лагерь «Артек». А коммунистка Ежова взяла и перекрыла им теневые каналы! Конечно, для них это был вызов, и они решили избавиться от «инородного тела», внедрившегося в их спаянный коррупцией коллектив.

Когда поняли, что по-тихому договориться со мной не получится, объявили мне войну: состряпали уголовное дело и, обвинив в нецелевом использовании бюджетных средств, отстранили от должности. Еще бы! Ведь в деле фигурировали фамилии премьера Крыма С.Куницына и представителя Президента Украины в АРК В.Киселева!? Десять месяцев я доказывала свою невиновность, изучив 13 томов уголовного дела! Я тогда не только не сломалась, но еще и в Академию государственного управления при Президенте Украины поступила. Магистерскую работу писала исключительно на основе собственного опыта и программ, которые разрабатывал и внедрял рескомитет. И на защите получила 97 баллов из 100.

Помню, когда обвинение было снято, председатель Совмина сказал на заседании: «Ну, вот видите, мы никого не прижимаем по партийной линии! Если Ежова права – она это доказала». Знал бы он, что за эти месяцы пришлось пережить моей семье и особенно маме…

–Я знаю, что после отставки Вы несколько лет были безработной. Как удалось не сломаться в этот трудный период?

– Помог крепкий тыл – семья, друзья, однопартийцы… Они всегда поддерживали меня. Ну и характер, наверное, помог: я никогда не сдаюсь трудностям, а стараюсь их преодолеть. Я втянулась в работу рескома, меня избрали секретарем по идеологической работе, а в 2004 году назначили редактором партийной газеты. Я и сейчас являюсь Главным редактором нашего главного партийного рупора - «Искры Правды».  Это единственная в Крыму оппозиционная газета.

Эта история закалила меня и научила держать удар.

 

История нас рассудит

– В 2006 году после выборов в Верховный Совет Крыма Вам, получившей мандат от Компартии, предложили портфель министра по делам семьи и молодежи. После истории с судом, не страшно было второй раз входить в ту же опасную реку?

-- Конечно же, я понимала, что рискую вновь вызвать огонь на себя, и, вместе с тем осознавала, что случайный человек на этом посту загубит начатое мной когда-то дело. Первым документом, который я внесла на рассмотрение сессии ВС АРК, была Республиканская программа преодоления беспризорности и безнадзорности среди несовершеннолетних. Нужно было спасать шесть тысяч крымских сирот и детей, лишенных родительского попечения, от уготованной им участи изгоев, от человеческой подлости, и от равнодушия чиновников-бюрократов. Совместно с городскими и районными структурами мы создали тогда 32 детских дома семейного типа, где обрели семейный уют более 500 ребятишек, и еще 85 крымских семей приняли детей-сирот на воспитание. При этом нашей принципиальной позицией был приоритет национальному усыновлению, а не передача детей на воспитание за границу.

А какого труда стоило создание центров социальной реабилитации! Социальные общежития, центры матери и ребенка, реабилитации ВИЧ-инфицированных, приюты для несовершеннолетних – за этими названиями стоят судьбы сотен спасенных детей и молодых людей. Я до сих пор не могу понять, чем помешал крымской власти Центр медико-социальной реабилитации наркозависимых подростков в селе Садовое Нижнегорского района, который при поддержке Леонида Ивановича Грача создавал заслуженный врач АРК коммунист Александр Петрович Бондарь? А ведь скольких молодых ребят он тогда помог вернуть к нормальной жизни!

Я вспоминаю, как вместе с администрацией Белогорского района мы боролись за семью, приютившую шестерых детей, найденных в лесу. С какими бюрократическими рогатками это все решалось! А когда все утрясли, узаконили и даже нашли деньги на ремонт старого дома, хозяин вдруг вышел на нас с вилами! Мужчине померещилось, что кто-то претендует на его собственность! Пришлось к нему привозить психолога, а потом долго держать семью под социальным сопровождением.

Социальная работа требует полной отдачи, крепких нервов и чуткой к чужой беде души, что далеко не каждому под силу. Многие считали меня излишне требовательной и вставили палки в колеса. Но я не боялась критики, потому что всегда отвечала за свои поступки. Возможно, поэтому у руководства Совмина не нашлось аргументов, чтобы досрочно уволить меня с должности по какой-либо статье. Но когда в ноябре 2010 года меня все же «ушли», в последний момент изменив постановление Верховной Рады АРК (как же – человек Грача, а мы идем ей на уступки?!), я голову не опустила – для коммуниста это не приемлемо. Жалею только, что дело закончить не дали, а новая крымская власть и вовсе министерство упразднила, причем такое социально важное министерство.

– Татьяна, ни для кого не секрет, что сегодня многие политические силы выживают и увеличивают свой капитал за счет конъюнктурных альянсов и политических компромиссов. КОМПАРТИЯ КОММУНИСТЫ РОССИИ, где Вы сейчас состоите, в этом смысле исключение? Что Вас заставляет не изменять себе и оставаться независимыми игроками в политике?

– Ответ очень простой: все партии – это бизнес-проекты, а нас объединяеткоммунистическая идеология. И  работа КРЫМСКОГО РЕСПУБЛИКАНСКОГО ОТДЕЛЕНИЯ КПКР тому доказательство. Ведь еще свежа в памяти  бесславная кончина КПУ. Именно Л.И.Грач задолго до государственного переворота на Украине начал борьбу с симоненковщиной, понимая, что партия, называющая себя «коммунистической», давно ничего общего с левой идеологией не имеет, а ее руководитель обслуживает интересы буржуазии и собственного кошелька. Грача тогда предали анафеме и объявили ему войну, исключив из партии и распустив Крымскую республиканскую организацию.

– Я помню, как бывшие его соратники довольно потирали руки, предсказывая главному коммунисту Крыма политический закат. Но история все расставила по своим местам, заставив заплатить по счетам – одних за предательство, других – за верность идее.

– Да, вы правы. История все расставила по местам – нашу партию покинули временщики и приспособленцы, а люди, преданные делу, объединились вокруг нашего лидера.

КПУ и Симоненко история вынесла справедливый приговор и забвение: За утрату народного доверия. За откровенное предательство левой идеи, за коллаборационизм в парламенте, за сдачу на поругание националистам святых для каждого коммуниста символов – Знамени Победы, памятников Ленину, за молчаливое соглашательство с переписыванием советской истории и унижение ветеранов Великой Отечественной войны.

Позиция крымских коммунистов остается незыблемой – служить ленинской идее и защищать интересы простых людей, обманутых властвующим классом буржуазии. Поэтому, когда Крым вошел в состав России, мы не стали искать политических компромиссов, объединяться в блоки и становиться под чьи-то знамена. Зюгановщина для нас так же не приемлема, как и симоненковщина. Мы знаем, что с нами правда и продолжаем идти своим путем.

А история нас рассудит.

 

С юбиляром беседовала

Е.Великая.

15.01.17

 

Архив